Класковский: «То, что Лукашенко осудил путч, было продиктовано сугубо конъюнктурными соображениями амбициозного деятеля из глубинки»

35 лет назад группа ортодоксальных коммунистических деятелей попыталась спасти расползавшийся по швам СССР, но поражение их путча только ускорило распад советской империи. За ее демонтаж убежденно боролся Беларуский народный фронт (БНФ). А вот Александр Лукашенко хоть и осудил хунту в образе ГКЧП, за независимость Беларуси не голосовал.

Почему депутат Лукашенко тоже осудил хунту

На внеочередной сессии Верховного Совета БССР, созванной после провала путчистов, малочисленная, но боевая оппозиция БНФ, используя шок консервативного большинства, добилась приостановки деятельности компартии. Историческим стало решение придать Декларации о государственном суверенитете 1990 года статус конституционного закона.

На той «сессии Независимости» депутат Лукашенко выступал много и путанно. Да, он критиковал деятелей, поддержавших ГКЧП. Его политическая чуйка, надо думать, подсказывала: бросая камни в надоевшую обществу старую номенклатуру, можно легко завоевать симпатии простого народа.

Но когда дело дошло до главного вопроса — превратить декларацию о суверенитете в полноценную юридическую основу независимого государства, — Лукашенко стал возражать. Мол, Беларусь окажется в «экономической и политической изоляции от России и других республик». В этом голосовании он просто не участвовал.

Позднее, в декабре, он не станет голосовать за ратификацию Беловежских соглашений. Хотя потом будет распространять миф, что был единственным, кто голосовал против «развала Советского Союза».

Таким образом, хотя в августе 1991-го Лукашенко, как и БНФ, осудил путч, это было продиктовано не жаждой независимости, а сугубо конъюнктурными соображениями амбициозного деятеля из глубинки.

Взлетел на распаде империи, хотя выступал против ее демонтажа

Парадокс в том, что этот противник демонтажа империи смог эффективно использовать последствия ее распада для своего политического возвышения.

Впоследствии он не раз будет публично скорбеть о кончине СССР. Но не возникни независимая Беларусь, Лукашенко, естественно, в принципе не мог бы стать президентом отдельного государства. Ну дорос бы в лучшем случае до инструктора райкома партии.

При этом, однако, он пришел к власти не на лозунгах укрепления независимости, с которыми выступал БНФ, а напротив — обещая вернуть «светлое прошлое».

Этот талантливый популист ловко использовал недовольство электората постсоветской разрухой, падением уровня жизни. На выборах 1994 года он набрал намного больше голосов, чем лидер БНФ Зянон Пазьняк.

Стремясь заполучить кремлевский трон после Бориса Ельцина, Лукашенко стал разгонять идею «братской интеграции» с Россией. Ему приписывают фразу: «Беларусь для меня — пройденный этап». Судя по всему, он был готов легко пожертвовать суверенитетом своего государства ради шапки Мономаха.

И лишь когда Владимир Путин, неожиданно заполучивший эту шапку, стал добиваться объединения на своих условиях, Лукашенко обрядился в тогу защитника суверенитета.

— Даже Ленин и Сталин не додумались до того, чтобы раздробить республику и включить в состав СССР, — так отреагировал он на путинское предложение объединиться в 2002 году.

Началась эпоха конфликтов с Москвой. Но Лукашенко сражался не за независимость как таковую, а за свою власть на определенной территории, коль уж не повезло взять Кремль.

При этом правитель Беларуси не прекращал «союзное строительство», поскольку мог выторговывать дешевые ресурсы. Так что экономические и пиаровские войны с российским руководством то заканчивались компромиссными сделками, то вспыхивали снова.

Игра в интеграцию: Беларусь оказалась в капкане

Иногда в периоды противостояния речи беларуского правителя практически совпадали с тезисами убежденного врага империи — Пазьняка.

Например, в феврале 2020 года Лукашенко, говоря о российских властях, негодовал:

— Они понимают интеграцию как поглощение Беларуси. Это не интеграция! Это инкорпорация! На это я никогда не пойду.

Но он сразу же пошел на поклон к Путину, запросил помощи, когда грянули протесты 2020 года. Московская поддержка вдохновила силовиков, помогла избежать раскола элит в Беларуси (без чего революция победить не может).

Однако плата Кремлю за эту услугу оказалась чудовищной. Лукашенко был вынужден дать российской армии плацдарм для нападения на Украину в 2022-м. Зажатую западными санкциями беларускую экономику еще больше перекосило на восток, зависимость от РФ стала выглядеть катастрофической.

Если в целом оценивать эпоху правления Лукашенко, можно сделать вывод, что из-за его авантюрной игры в «союзную интеграцию» страна оказалась в московском капкане.

Время работает против Кремля

Фатальна ли эта ситуация? Думаю, что все же нет.

Уже долгое время социологические исследования показывают, что доля беларусов, выступающих за объединение с Россией, очень мала.

Например, телефонный опрос, который проводила в августе 2024 года «Беларуская аналитическая мастерская» во главе с Андреем Вардомацким, показал: лишь 3,7% респондентов хотят, чтобы Беларусь стала одним из субъектов РФ.

Социологический мониторинг, который в 2025 году провел iSANS, показал, что идею присоединить свою страну к России в качестве субъекта федерации поддерживает только 3% беларусов-горожан.

Похоже, что нападение империи на Украину заставило беларусов еще сильнее зауважать суверенитет. Ведь иначе с украинского фронта уже потоком шли бы гробы и в наши города и села.

Да, суверенитет Беларуси пока шаток. Российское руководство тщится воссоздать подобие советской империи. Разница лишь в том, что Украину оно хочет взять силой, а Беларусь — тихой сапой.

Путин, как и ГКЧП в 1991-м, пытается повернуть время вспять. Но уж если не удалось тогда, тот тем более сомнительно, что удастся сейчас.

Против имперского реванша работает много факторов, в том числе и несомненно окрепшее национальное самосознание беларусов.